3 просмотров
Рейтинг статьи
1 звезда2 звезды3 звезды4 звезды5 звезд
Загрузка...

Телесные наказания на флоте

Телесные наказания на флоте

Петля, линьки и «кошки о девяти хвостах»…

Система наказаний за нерадивость или совершенные проступки в парусную эпоху была весьма изощрённой. Например, под рукой у офицера всегда имелась «девятихвостая кошка» – особая плеть с девятью концами, оставлявшая на спине незаживающие рубцы. Существовали довольно сложные формы наказаний – протягивание под килем, подвешивание на мачте… За серьёзные преступления — мятеж, убийство, неподчинение или оказание сопротивления офицеру — ждала петля. Бывало, на реях заходившего в порт парусника висело сразу несколько мертвецов. Ну, а про постоянно пускавшиеся в ход кулаки можно даже не говорить. Рукоприкладство было неотъемлемой частью взаимоотношений внутри экипажа любого парусного судна…

Понятие «палочная дисциплина» применительно к военному флоту парусной эпохи, пожалуй, будет слишком мягким. Ещё в начале XIX века на кораблях всех великих морских держав нижние чины подвергались наказаниям, представлявшим собой «плод самых варварских изобретений человеческого воображения для истязания несчастных» — такое определение дал им в 1861 году автор журнала «Морской сборник». Однако на протяжении нескольких предшествующих веков изощрённые экзекуции матросов на флоте считались нормой.

Наиболее преуспела в этом направлении «владычица морей» Великобритания. Укомплектовать личным составом многочисленный Королевский флот было не так-то просто, и значительную часть экипажей английских кораблей составляли буйные парни, завербованные в портовых кабаках, ночлежках и даже тюрьмах. Если к этому прибавить тяжесть морской службы, тесноту в кубриках, плохое питание, болезни, то становятся понятными раздражительность матросов и их нервные срывы, нередко приводившие к неповиновению, дракам и поножовщине. Офицеры были уверены, что без системы суровых карательных мер сохранять порядок на судне с таким личным составом невозможно. И эти меры применялись с невиданным размахом. А для большего эффекта процесс наказания провинившегося обставлялся как своего рода красочное шоу.

Наиболее распространёнными экзекуциями в британском флоте были протягивание под килем корабля, или килевание (keelhauling), погружение в море (ducking), прогон сквозь строй (running the gauntlet), так называемое «созерцание неба» (skylarking). Ну и, конечно же, упомянутая «девятихвостая кошка» (cat o’nine tails), оставившая о себе недобрую память у многих поколений моряков.

Английская гравюра эпохи Тюдоров также изображает протягивание под килем

О протягивании под килем иногда пишут, будто англичане заимствовали его у голландцев в XVII веке. Но в действительности этот ритуал наказания гораздо старше: о нём упоминается в Ганзейском указе XIII века, а на одной из античных ваз есть изображение некого действа, очень похожего на килевание. Суть экзекуции заключалась в том, что под киль судна заводился канат, концы которого крепились к блокам на ноках нижнего рея. Провинившегося привязывали к канату и протягивали под килем от одного борта до другого. Если он не захлебнулся, то ему давали некоторое время отдышаться, а затем «купали» ещё раз, протягивая в обратном направлении. Нередко штрафника вытаскивали из воды окровавленным, так как он сдирал кожу об острые края ракушек, в изобилии покрывавших подводную часть корпуса. Ну, а если канат по какой-либо причине заедал, то приговорённого ждала неминуемая смерть.

Килевание наказанного матроса. Кадр из кинофильма «Botany Bay» (1953 г.)

Погружение в море также представляло собой принудительное «купание» провинившегося. Его сажали верхом на бревно, привязывали и крепили к ногам груз. Затем бревно поднимали на блоке к ноку рея, бросали с высоты в воду и затем неторопливо выбирали канат, поднимая штрафника опять к ноку рея. Уместно заметить, что осуществить такое наказание можно было бы куда проще, но сложная процедура с бросанием бревна существенно повышает зрелищность (а, соответственно, и воспитательную роль) экзекуции.

Ещё один кадр из художественного фильма — обладателя Оскара «Mutiny on the Bounty». Одного из членов экипажа «Баунти» подвергают принудительному «купанию». Именно жестокое обращение капитана Блая с командой своего судна стало причиной знаменитого мятежа.

Прогон сквозь строй моряки переняли у своих армейских коллег. Экипаж корабля выстраивался на палубе в два ряда, между которыми пускали раздетого по пояс осуждённого. Впереди и сзади него шли вооружённые саблями унтер-офицеры. Каждому члену экипажа выдавалась плетёная верёвка с узлами, которой он должен был один раз ударить провинившегося. В России аналогичное наказание существовало в армии, только солдаты снабжались не верёвками, а шпицрутенами.

«Созерцание неба» — под столь романтическим названием скрывается наказание, когда проштрафившегося матроса особым способом связывают и подтягивают к верхушке мачты, оставляя висеть там с распростёртыми руками и ногами в течение нескольких часов. У англичан это ещё называется висеть «как орёл с расправленными крыльями» (like a spread eagle).

Наказание провинившейся невольницы на судне-работорговце

Но самый часто применяемый для наказания и одновременно самый жестокий карательный инструмент — это «девятихвостая кошка» – особая плеть, состоящая из деревянной рукоятки длиной в один фут и девяти ремней или пеньковых верёвок, на концах которых завязывается один-два узла. Порка этой плетью доставалась нижним чинам за любую провинность — за малейшее нарушение дисциплины, за недостаточное рвение при выполнении палубных работ, за игру в запрещённые азартные игры… Известен случай, когда матрос английской канонерки получил 60 ударов «кошкой» за то, что плюнул на палубу.

Наказание «кошкой» на борту судна и на берегу

Порядок исполнения наказания был следующим. Экипаж выстраивался на палубе, а раздетого по пояс провинившегося матроса под конвоем вели к месту порки — обычно к грот-мачте. Командир корабля излагал суть совершённого проступка и оглашал приговор. Ступни жертвы закрепляли на деревянной раме или пайоле, поднятые вверх руки связывали канатом, который затем пропускали через блок. Штрафника растягивали, точно струну, и исполнявший роль палача боцман приступал к бичеванию. Чтобы усилить страдания несчастного, «девятихвостую кошку» вымачивали в солёной воде или моче. Офицеры внимательно следили за процессом порки: если удары казались им недостаточно сильными, боцману грозило аналогичное наказание. Поэтому последний, как правило, старался изо всех сил.

«Девятихвостая кошка» оставляла на спине жертвы рубцы на всю оставшуюся жизнь. Это американское фото сделано в 1863 г.

Минимальная «порция» составляла десять ударов, но за серьёзные проступки командир мог назначить семьдесят и даже сто. Не все могли вынести такую экзекуцию — спина несчастного превращалась в кровавое месиво, из которого свисали лохмотья кожи. Случаи порки «девятихвостой кошкой» до смертельного исхода были не так уж редки. Поэтому в 1844 году британское Адмиралтейство издала особые правила, запрещающие наносить матросам более 48 ударов.

Недоброй памяти «девятихвостая кошка» — cat o’nine tails. Узлы на концах её хвостов моряки называли «кровавыми» — bloody knots.

Пресловутая cat o’nine tails отнюдь не канула в небытие. «Кошка» с девятью кожаными хвостами существует и в наши дни — правда, применяется она в несколько иной обстановке…

К середине XIX века отношение к нижним чинам со стороны командования становится более гуманным. Прекращается, наконец, практика протягивания под килем и погружения в воду — наказания за несущественные проступки смягчаются. В британском флоте начинают применяться такие санкции, как смещение с 1-го класса во 2-й, заключение в карцер, лишение на время отпуска, жалованья или грога, лишение нашивки, данной за хорошее поведение. Любопытно, что помимо лишения ежедневной чарки (no grog) предусматриваются и такие наказания, как разбавление грога водой и запрещение курить табак в продолжение половины времени, определённого для еды. Кроме того, командир корабля может заставить провинившегося матроса в течение половины обеденного времени и также двух часов вечером стоять под надзором часового или выполнять в это время экстренные и грязные работы. Правда, при этом указывается, что «наказания, в штрафных листах определяемые, приостанавливаются по воскресным дням».

Тем не менее, телесные наказания в британском флоте сохранялись и во второй половине XIX века. Вот цифры официальной статистики применения «девятихвостой кошки»:

«В 1854 году общее число наказаний составило 1214; общее число нанесённых ударов 35 479. Высшее наказание было 50 ударов, низшее 1 удар. Всех кораблей было 245, из них на 54 не было вовсе телесных наказаний.

В 1855 году всех наказанных было 1333, общее число нанесённых ударов 42 154; высшее наказание составило 48 ударов, низшее 2 удара. Всех кораблей было 266, из них на 48 не было вовсе телесных наказаний…

В 1858 году исчислено всех телесных наказаний 997, общее число нанесённых ударов 32 420… Высшая мера наказаний 50 ударов, низшая 3 удара».

Согласно циркулярному предписанию от 10 декабря 1859 года, нижние чины 1-го класса в Королевском флоте могут подвергаться телесным наказаниям только по приговору военного суда. Право наказывать нижних чинов 2-го класса у командира остаётся, но оговариваются нарушения, за которые им грозит девятихвостая плеть: «бунт и буйство; побег; неоднократное пьянство; тайный привоз на корабль вина; воровство, неоднократное ослушание; оставление боевого поста; безнравственные поступки».

На рубеже XIX-XX веков во французском флоте практиковалось временное заковывание в прикреплённые к металлическому стержню кандалы

В России система наказаний, введённая Петром I, мало отличалась от существовавших в Англии и Голландии. Российский воинский устав также предусматривал самые разнообразные экзекуции — например, хождение по деревянным кольям, битьё батогами, шпицрутенами, клеймение железом, обрезание ушей, отсечение руки или пальцев… На флоте применялось килевание, заковывание в кандалы и, конечно же, порка — только не заморскими «кошками», а отечественными линьками. Совершившего убийство обычно привязывали к трупу своей жертвы и вместе с ней топили в море.

Первой страной, отказавшееся от жестокого обращения с солдатами и матросами, стала Франция: там во время революции 1791 года все виды телесных наказаний были запрещены. В 1830 году такое же решение приняла Бельгия, в 1848-м — Пруссия, Италия и Швейцария, в 1868-м — Австро-Венгрия. Во флоте США порка нижних чинов продолжалась до 1880 года, в Британии — до 1881-го. В этом списке последней значится Российская империя, где телесные наказания были отменены только 30 июня 1904 года. Отныне матросы карались куда более гуманно: сажались под арест, лишались чарки или увольнения, ставились на палубе «под ружьё». Однако официально запрещённый мордобой де-факто ещё долго оставался на флоте — как в нашей стране, так и за рубежом.

Читать еще:  Яхт-клуб Лето

В Российском флоте за мелкие провинности нижние чины часто ставились «под ружьё» — как, например, эти четыре матроса линейного корабля «Иоанн Златоуст»

Система дисциплинарных мер на Востоке заметно отличалась от европейской. Так, в китайском флоте ещё в конце XIX века действовало постановление о наказаниях, принятое полтора столетия назад для сухопутной армии. Любопытно, что в нём телесные наказания предусматривались не только нижним чинам, но и офицерам. Например, в сентябре 1889 года командир канонерской лодки, посадивший свой корабль на камни в реке Мин, был подвергнут ста ударам бамбуковой палкой.

Капитан китайской таможенной джонки. На рубеже XIX-XX веков некоторые правительственные суда Поднебесной империи всё ещё не имели механического двигателя и были вооружены старинными гладкоствольными пушками.

Некоторые статьи китайского кодекса о наказаниях достойны того, чтобы их привести дословно:

«Кто по бою барабана не двинется вперёд или по сигналу юнги своевременно не отступит, тот подлежит обезглавливанию.

Каждый отступивший без команды при встрече с неприятелем, или обнаруживший страх, или поднявший ропот подлежит обезглавливанию.

Виновный в присвоении себе заслуг, совершённых другим, наказывается отсечением головы.

Каждый, уверяющий, что во сне видел чёрта и соблазняющий этим предзнаменованием других, подлежит смертной казни.

Если во время похода заболел солдат, то его немедленно должны освидетельствовать офицеры (в оригинале — ба-цзун или цин-цзун) и принять меры к излечению, в противном случае они подвергаются наказанию втыканием в ухо стрелы; солдату же, притворившемуся больным, отсечь голову.

Виновный в простом поджоге наказывается 40 ударами бамбука. Виновный в поджоге порохового пороха наказывается отсечением головы.

Виновный в притеснении беззащитных и слабых наказывается плетью и протыканием стрелою уха; этому же наказанию подлежат виновные в пьянстве.

Виновный в краже военных и других припасов или порче провиантских мешков наказывается 80 ударами бамбука.

Виновные в потере оружия наказываются ударами бамбука: солдаты 8-10 ударами; унтер-офицеры 40 ударами; офицеры 30 ударами.

Часовой, заснувший на посту, наказывается 80 ударами бамбука».

Вот так: за потерю оружия — восемь ударов палкой, а за приснившегося чёрта — смертная казнь! Как трудно понять европейцу восточную логику и тамошнюю градацию ценностей…

В завершение следует добавить, что в Китае отсечение головы считается позорной смертью, а казнь через повешение — почётной.

По китайскому кодексу за многие провинности следовало отсечение головы

Статья впервые опубликована в журнале «!OCEAN» №2 за 2011 г.

uCrazy.ru

  • Слепой Пью
  • 12 ноября 2016 11:44
  • 2067

Понятие «палочная дисциплина» применительно к военному флоту парусной эпохи, пожалуй, будет слишком мягким. Ещё в начале XIX века на кораблях всех великих морских держав нижние чины подвергались наказаниям, представлявшим собой «плод самых варварских изобретений человеческого воображения для истязания несчастных» — такое определение дал им в 1861 году автор журнала «Морской сборник». Однако на протяжении нескольких предшествующих веков изощрённые экзекуции матросов на флоте считались нормой.

Наиболее преуспела в этом направлении «владычица морей» Великобритания. Укомплектовать личным составом многочисленный Королевский флот было не так-то просто, и значительную часть экипажей английских кораблей составляли буйные парни, завербованные в портовых кабаках, ночлежках и даже тюрьмах. Если к этому прибавить тяжесть морской службы, тесноту в кубриках, плохое питание, болезни, то становятся понятными раздражительность матросов и их нервные срывы, нередко приводившие к неповиновению, дракам и поножовщине. Офицеры были уверены, что без системы суровых карательных мер сохранять порядок на судне с таким личным составом невозможно. И эти меры применялись с невиданным размахом. А для большего эффекта процесс наказания провинившегося обставлялся как своего рода красочное шоу.

Наиболее распространёнными экзекуциями в британском флоте были протягивание под килем корабля, или килевание (keelhauling), погружение в море (ducking), прогон сквозь строй (running the gauntlet), так называемое «созерцание неба» (skylarking). Ну и, конечно же, упомянутая «девятихвостая кошка» (cat o’nine tails), оставившая о себе недобрую память у многих поколений моряков.

О протягивании под килем иногда пишут, будто англичане заимствовали его у голландцев в XVII веке. Но в действительности этот ритуал наказания гораздо старше: о нём упоминается в Ганзейском указе XIII века, а на одной из античных ваз есть изображение некого действа, очень похожего на килевание. Суть экзекуции заключалась в том, что под киль судна заводился канат, концы которого крепились к блокам на ноках нижнего рея. Провинившегося привязывали к канату и протягивали под килем от одного борта до другого. Если он не захлебнулся, то ему давали некоторое время отдышаться, а затем «купали» ещё раз, протягивая в обратном направлении. Нередко штрафника вытаскивали из воды окровавленным, так как он сдирал кожу об острые края ракушек, в изобилии покрывавших подводную часть корпуса. Ну, а если канат по какой-либо причине заедал, то приговорённого ждала неминуемая смерть.

Погружение в море также представляло собой принудительное «купание» провинившегося. Его сажали верхом на бревно, привязывали и крепили к ногам груз. Затем бревно поднимали на блоке к ноку рея, бросали с высоты в воду и затем неторопливо выбирали канат, поднимая штрафника опять к ноку рея. Уместно заметить, что осуществить такое наказание можно было бы куда проще, но сложная процедура с бросанием бревна существенно повышает зрелищность (а, соответственно, и воспитательную роль) экзекуции.

Прогон сквозь строй моряки переняли у своих армейских коллег. Экипаж корабля выстраивался на палубе в два ряда, между которыми пускали раздетого по пояс осуждённого. Впереди и сзади него шли вооружённые саблями унтер-офицеры. Каждому члену экипажа выдавалась плетёная верёвка с узлами, которой он должен был один раз ударить провинившегося. В России аналогичное наказание существовало в армии, только солдаты снабжались не верёвками, а шпицрутенами.

«Созерцание неба» — под столь романтическим названием скрывается наказание, когда проштрафившегося матроса особым способом связывают и подтягивают к верхушке мачты, оставляя висеть там с распростёртыми руками и ногами в течение нескольких часов. У англичан это ещё называется висеть «как орёл с расправленными крыльями» (like a spread eagle).

Но самый часто применяемый для наказания и одновременно самый жестокий карательный инструмент — это «девятихвостая кошка» – особая плеть, состоящая из деревянной рукоятки длиной в один фут и девяти ремней или пеньковых верёвок, на концах которых завязывается один-два узла. Порка этой плетью доставалась нижним чинам за любую провинность — за малейшее нарушение дисциплины, за недостаточное рвение при выполнении палубных работ, за игру в запрещённые азартные игры… Известен случай, когда матрос английской канонерки получил 60 ударов «кошкой» за то, что плюнул на палубу.

Порядок исполнения наказания был следующим. Экипаж выстраивался на палубе, а раздетого по пояс провинившегося матроса под конвоем вели к месту порки — обычно к грот-мачте. Командир корабля излагал суть совершённого проступка и оглашал приговор. Ступни жертвы закрепляли на деревянной раме или пайоле, поднятые вверх руки связывали канатом, который затем пропускали через блок. Штрафника растягивали, точно струну, и исполнявший роль палача боцман приступал к бичеванию. Чтобы усилить страдания несчастного, «девятихвостую кошку» вымачивали в солёной воде или моче. Офицеры внимательно следили за процессом порки: если удары казались им недостаточно сильными, боцману грозило аналогичное наказание. Поэтому последний, как правило, старался изо всех сил.

Минимальная «порция» составляла десять ударов, но за серьёзные проступки командир мог назначить семьдесят и даже сто. Не все могли вынести такую экзекуцию — спина несчастного превращалась в кровавое месиво, из которого свисали лохмотья кожи. Случаи порки «девятихвостой кошкой» до смертельного исхода были не так уж редки. Поэтому в 1844 году британское Адмиралтейство издала особые правила, запрещающие наносить матросам более 48 ударов.

К середине XIX века отношение к нижним чинам со стороны командования становится более гуманным. Прекращается, наконец, практика протягивания под килем и погружения в воду — наказания за несущественные проступки смягчаются. В британском флоте начинают применяться такие санкции, как смещение с 1-го класса во 2-й, заключение в карцер, лишение на время отпуска, жалованья или грога, лишение нашивки, данной за хорошее поведение. Любопытно, что помимо лишения ежедневной чарки (no grog) предусматриваются и такие наказания, как разбавление грога водой и запрещение курить табак в продолжение половины времени, определённого для еды. Кроме того, командир корабля может заставить провинившегося матроса в течение половины обеденного времени и также двух часов вечером стоять под надзором часового или выполнять в это время экстренные и грязные работы. Правда, при этом указывается, что «наказания, в штрафных листах определяемые, приостанавливаются по воскресным дням».

Тем не менее, телесные наказания в британском флоте сохранялись и во второй половине XIX века. Вот цифры официальной статистики применения «девятихвостой кошки»:

«В 1854 году общее число наказаний составило 1214; общее число нанесённых ударов 35 479. Высшее наказание было 50 ударов, низшее 1 удар. Всех кораблей было 245, из них на 54 не было вовсе телесных наказаний.

В 1855 году всех наказанных было 1333, общее число нанесённых ударов 42 154; высшее наказание составило 48 ударов, низшее 2 удара. Всех кораблей было 266, из них на 48 не было вовсе телесных наказаний…

В 1858 году исчислено всех телесных наказаний 997, общее число нанесённых ударов 32 420… Высшая мера наказаний 50 ударов, низшая 3 удара».

Согласно циркулярному предписанию от 10 декабря 1859 года, нижние чины 1-го класса в Королевском флоте могут подвергаться телесным наказаниям только по приговору военного суда. Право наказывать нижних чинов 2-го класса у командира остаётся, но оговариваются нарушения, за которые им грозит девятихвостая плеть: «бунт и буйство; побег; неоднократное пьянство; тайный привоз на корабль вина; воровство, неоднократное ослушание; оставление боевого поста; безнравственные поступки».

Читать еще:  Записки из Японии: Часть 3

В России система наказаний, введённая Петром I, мало отличалась от существовавших в Англии и Голландии. Российский воинский устав также предусматривал самые разнообразные экзекуции — например, хождение по деревянным кольям, битьё батогами, шпицрутенами, клеймение железом, обрезание ушей, отсечение руки или пальцев… На флоте применялось килевание, заковывание в кандалы и, конечно же, порка — только не заморскими «кошками», а отечественными линьками. Совершившего убийство обычно привязывали к трупу своей жертвы и вместе с ней топили в море.

Первой страной, отказавшееся от жестокого обращения с солдатами и матросами, стала Франция: там во время революции 1791 года все виды телесных наказаний были запрещены. В 1830 году такое же решение приняла Бельгия, в 1848-м — Пруссия, Италия и Швейцария, в 1868-м — Австро-Венгрия. Во флоте США порка нижних чинов продолжалась до 1880 года, в Британии — до 1881-го. В этом списке последней значится Российская империя, где телесные наказания были отменены только 30 июня 1904 года. Отныне матросы карались куда более гуманно: сажались под арест, лишались чарки или увольнения, ставились на палубе «под ружьё». Однако официально запрещённый мордобой де-факто ещё долго оставался на флоте — как в нашей стране, так и за рубежом.

Система дисциплинарных мер на Востоке заметно отличалась от европейской. Так, в китайском флоте ещё в конце XIX века действовало постановление о наказаниях, принятое полтора столетия назад для сухопутной армии. Любопытно, что в нём телесные наказания предусматривались не только нижним чинам, но и офицерам. Например, в сентябре 1889 года командир канонерской лодки, посадивший свой корабль на камни в реке Мин, был подвергнут ста ударам бамбуковой палкой.

Некоторые статьи китайского кодекса о наказаниях достойны того, чтобы их привести дословно:

«Кто по бою барабана не двинется вперёд или по сигналу юнги своевременно не отступит, тот подлежит обезглавливанию.

Каждый отступивший без команды при встрече с неприятелем, или обнаруживший страх, или поднявший ропот подлежит обезглавливанию.

Виновный в присвоении себе заслуг, совершённых другим, наказывается отсечением головы.

Каждый, уверяющий, что во сне видел чёрта и соблазняющий этим предзнаменованием других, подлежит смертной казни.

Если во время похода заболел солдат, то его немедленно должны освидетельствовать офицеры (в оригинале — ба-цзун или цин-цзун) и принять меры к излечению, в противном случае они подвергаются наказанию втыканием в ухо стрелы; солдату же, притворившемуся больным, отсечь голову.

Виновный в простом поджоге наказывается 40 ударами бамбука. Виновный в поджоге порохового пороха наказывается отсечением головы.

Виновный в притеснении беззащитных и слабых наказывается плетью и протыканием стрелою уха; этому же наказанию подлежат виновные в пьянстве.

Виновный в краже военных и других припасов или порче провиантских мешков наказывается 80 ударами бамбука.

Виновные в потере оружия наказываются ударами бамбука: солдаты 8-10 ударами; унтер-офицеры 40 ударами; офицеры 30 ударами.

Часовой, заснувший на посту, наказывается 80 ударами бамбука».

Вот так: за потерю оружия — восемь ударов палкой, а за приснившегося чёрта — смертная казнь! Как трудно понять европейцу восточную логику и тамошнюю градацию ценностей…

В завершение следует добавить, что в Китае отсечение головы считается позорной смертью, а казнь через повешение — почётной.

Кровавые спины: как наказывали в армии (18+)

История телесных наказаний насчитывает много веков. Особенно часто их применяли в армии, чтобы проучить и заставить подчиняться солдат. В поддержании дисциплины военным не раз помогало килевание, а такие безобидные названия как «кошка» и «созерцание неба» наводили на рядовых ужас.

Армия всегда отличалась жестокостью по части телесных наказаний, и кому-то может показаться, что пара ударов плетью или палками была еще не самой изощренной пыткой. Солдат всегда было больше, чем офицеров, и нужно было заставить их подчиняться, поэтому на помощь военачальники призвали страх. Одной из самых жестоких в наказаниях стран являлась Англия, а самым распространенным видом наказания была порка. Порка могла осуществляться с помощью кнута, плети или розг. Но трепетали солдаты перед «девятихвостой кошкой» — плетью с девятью хвостами, на конце которых завязаны узлы. Били кошкой так: плеть крутили над головой два раза перед каждым ударом, а после него пропускали хвосты кошки через пальцы левой руки, чтобы очистить их от кусков плоти, кожи и крови. Потом снова два взмаха плетью и удар.

Британский солдат Александр Сомервилл в 1831 году так описывал свои ощущения от порки кошкой: «Симпсон взял кошку, как положено, по крайней мере я так считаю, я его не видел, но я испытал поразительное ощущение между плеч, под моей шеей, которое разошлось до моих ногтей на руках и ногах, и ужалило меня в сердце, как будто нож прошел по моему телу. Старшина сказал громким голосом: «один». Я чувствовал, как если бы он показал Симпсону не ударить меня по тому же самому месту. Он ударил во второй раз на несколько сантиметров ниже, а потом я подумал, что прежние раны были сладкими и приятными по сравнению с этим». После такого спина человека превращалась в кровавое месиво. Для количества ударов не было никакого ограничения: минимальная порция составляла 10 ударов, но чаще всего назначалось около полусотни, а то и 100. Нередко солдаты просто не переживали подобных пыток. Только в 1844 году было установлено максимальное количество ударов для матросов — 48. Из-за частой порки британских солдат прозвали «кровавыми спинами», Наполеон говорил, что по шрамам может узнать солдат герцога Веллингтона. Кстати, сам герцог всецело поддерживал увеличение наказаний для солдат: «Нет наказания, которое производило бы впечатление на любого человека, кроме телесных наказаний… Я понятия не имею, что может оказать больший эффект, если не страх немедленного телесного наказания».


Девятихвостая кошка оставляла на спине рубцы на всю жизнь, 1863 год

Еще одним видом наказания для солдат был «деревянный конь». Человека заковывали в колодки, затем закрывали в ящик, утыканный металлическими штырями. Так он проводил несколько часов, а иногда даже и дней.

Наказание шпицрутенами пришло из шведской армии в XVIII веке. Шпицрутен представлял собой длинный, гибкий, толстый прут из лозняка или металлический шомпол. Способ наказания шпицрутенами шведы позаимствовали у англичан. В Британии был вид наказания gantlet — когда человека проводили между двумя рядами солдат, которые били его палками. За ошибки и нерадивость в учениях полагалось от 100 ударов шпицрутенами, за пьянство — 300 — 500 ударов, за воровство — 500 ударов, а за побег можно было получить 1000 и более. В российскую армию шпицрутены ввел Петр I. Позднее, из-за наказания шпицрутенами погибли часть солдат и матросов после восстания декабристов. Казалось, что смертная казнь была гуманнее. Николай I писал после рапорта о тайном переходе двух евреев в 1827 году через реку Прут: «Виновных прогнать сквозь тысячу человек 12 раз. Слава Богу, смертной казни у нас не бывало, и не мне её вводить».


Наказание шпицрутенами, 1776 год

В России наказания мало отличались от тех, что использовали в Англии или Голландии. Но Петр не гнушался использовать и те виды экзекуции, что ранее были закреплены на Руси. Например, битье батогами было распространено в XV — XVIII веках. Батоги представляли собой толстые палки или прутья с обрезанными концами. Число ударов не ограничивалось, т. к. наказание считалось более легким, чем удары плетью или кнутом. Бить позволялось как через платье, так и по голому телу. Также было распространено наказание уже упомянутыми шпицрутенами, которое применяли и в бытовой жизни, а не только в армии, клеймение раскаленным железом, отрубание частей тела. Кошками тоже били, правда, иногда заменяли их на линьки — куски каната с узлами. Такой тип наказания применялся к матросам.


Килевание

У матросов, кстати, помимо вышеописанным, были свои виды наказаний. Распространенным типом экзекуции у британцев было килевание. Впервые упоминания о протягивании под килем появились в Ганзейском указе XIII века. Под килем протягивался канат, концы которого крепились к блокам на ноках нижнего рея. Матроса привязывали к канату и протягивали от одного борта до другого. Если бедолага не захлебнулся, то ему давали отдышаться, а затем протягивали в обратном направлении. А если канат заедал, то провинившегося ждала смерть.

Было распространено и погружение в воду, которое представляло собой принудительное купание провинившегося. Матроса сажали верхом на бревно, к ногам крепили груз. Затем бревно поднимали к ноку рея, сбрасывали с высоты в воду и медленно вытягивали, опять поднимая к ноку. Конечно, можно было бы все упростить и не использовать бревно, но оно прибавляло действу зрелищность.

Также моряков наказывали и проходом сквозь строй. Раздетого по пояс человека водили через выстроившейся в два ряда экипаж, которому раздавались плетеные веревки с узлами. Каждый должен был ударить идущего между матросами один раз. При необходимости матроса обязывали пройти между рядами по несколько раз.


Сквозь строй, рисунок Жоффруа, 1845 год

У следующей экзекуции довольно романтичное название — «созерцание неба», однако ничего приятного эта фраза матросам не сулила. Человека связывали особым способом и подтягивали к верхушке мачты. Он висел с распростертыми руками и ногами несколько часов. Англичане называли такое наказание «висеть как орел с расправленными крыльями». Кошки также были в почете. Матроса растягивали вертикально на веревках, а весь экипаж выстраивался в очередь для порки. Перед наказанием хвосты кошки вымачивали в соленой воде или моче, чтобы было больнее.

Читать еще:  Instagram недели — маяки

В XVIII веке наметилась тенденция на отказ от телесных наказаний. Так, первыми в этом стали французы, которые отменили порки и подобные экзекуции после Великой революции. В 1830 году их примеру последовали бельгийцы, а затем и Пруссия с Италией. В США телесные наказания в армии отменили в 1861 году, однако на флоте они сохранялись еще на протяжении почти 20 лет. В Британии порка запрещена с 1881 года. Последней страной в этом списке стала Российская империя, где телесные наказания отменили только в июне 1904 года. С того момента солдаты и матросы карались более гуманно: их сажали под арест, лишали чарки или увольнения и пр. Но даже после отмены телесных наказаний многие поколения солдат с ужасом слушали о кнутах, шпицрутенах и кошках.

Телесные наказания на флоте

Было время, когда зуботычина не противоречила уставу, и «девятихвостая кошка» тоже

Текст Сергея Борисова

С удьба матроса на парусном корабле никогда не была легкой. Впрочем, в Англии XVII века считали, что она и вовсе хуже каторги. И если добровольно отправляться на каторгу желающих, понятно дело, не находилось, то и охотников послужить во флоте, соответственно, особо много тоже не было. Между тем матросов требовалось все больше и больше, потому что рос флот, росли имперские аппетиты… И тогда вербовщикам дали понять, что сколь бы ни были грязными их методы, им все простится, лишь бы парень поставил росчерк или отпечаток пальца под контрактом, а в каком виде его потом доставят на корабль – пьяным вусмерть, без сознания, связанным или в кандалах, это уже дело второе. Так и получалось, что на борту кораблей, наряду с матросами-«добровольцами», оказывались сотни и тысячи бывших нищих и разбойников, пьяниц и буянов. Та еще компания! И этой компанией надо было как-то управлять. И не было в те времена иного мнения, что лучшее средство здесь – наказание и, соответственно, страх наказания.

Самым жестоким наказанием на парусных кораблях считалось килевание, то есть протягивание под килем корабля (keelhauling).

Сами англичане при этом кивают на голландцев, у которых они позаимствовали этот способ в XVII веке. И отчасти они правы, потому что еще в XIII веке в Ганзейском указе есть упоминание о килевании: «Тот должен быть протянут под килем, кто сквернословит, играет, злоупотребляет своим оружием или спит на вахте». Но правы англичане лишь отчасти, поскольку килевание было достаточно распространено еще в античные времена, чему ему изобразительные доказательства в виде рисунков на амфорах. Не приходится, однако, спорить с тем, что именно на британском флоте килевание не только проводилось чаще, чем где-либо, но и «обросло» правилами и традициями. Впрочем, ничего особо сложного в этой экзекуции не было: на ноках грота-реи, выступающей на кораблях с прямыми парусами за линию бортов, укреплялось по блоку; через блоки пропускался трос, предварительно заведенный под киль; к тросу привязывали штрафника и перетягивали его под килем от одного борта к другому и обратно. Конечно, бывало, что трос заедало, и несчастный захлебывался, ну так без издержек никогда не обходится. Но подобное случалось редко. Чаще подвергнутый экзекуции умирал от бесчисленных порезов ракушек, которыми обрастали корабли, и ударов о кромки киля.

Были и другие наказания, столь же распространенные. Например, «созерцание неба»: провинившегося матроса связывали и поднимали к топу мачты, где ему предстояло провисеть целую ночь, или целый день, или день и ночь.

Еще одно наказание называлось «погружение в море»: матроса привязывали к бревну, один конец которого был утяжелен ядрами; к другому концу бревна привязывался трос; затем бревно и человека подтягивали к ноку реи и резко отпускали; бревно становилось своеобразным поплавком, и то погружалось в воду, то вновь показывалось на поверхности; потом бревно подтягивали к ноку и… снова бросали.

Более мягким наказанием считалась «буксировка»: проштрафившегося матроса сажали в буксируемую шлюпку – из тех, что похуже, текущую, а для вычерпывания воды вручали кружку или поварской черпак.

Наконец, приговоренного к наказанию можно было провести «сквозь строй», но это наказание никак нельзя считать «чисто морским», просто на суше в ход шли ивовые прутья и шпицрутены, а на кораблях — линьки. И каждый в строю должен был стегануть провинившегося: и не дай тебе Бог, если удар будет слабым, сам спину подставишь…

И все же самым распространенным наказанием было бичевание «девятихвостой кошкой» — с рукояткой длиной в один фут и ремнями или веревками, на концах которых завязывали один-два узла.

Как проводилась порка? Приведем отрывок из книги Ханке Хельмута «Моряк, смерть и дьявол»:

Подобные «спектакли» проходили на кораблях чуть ли не ежедневно. Куда реже проводилось «бичевание сквозь флот». И снова цитата их книги Ханке Хельмута: «Капитан и офицеры смотрели со шканцев на полубаркас, движущийся к ним от группы военных кораблей, стоящих в гавани Плимута. Вот он уже всего в полукабельтове от них. Посередине его находилась приподнятая платформа, на которой стоял на коленях закованный в кандалы матрос, а справа и слева от него – стража в красных мундирах, с саблями наголо. С обнаженной, исполосованной спины несчастного капала кровь. На полубаркасе переложили руль, и он направился вдоль борта корабля. Это было сигналом для боцмана, который тотчас же вытащил из кожаного футляра «девятихвостую кошку» с красной рукояткой. Затем он спустился в полубаркас и с плетью в руке занял место на платформе. Снова раскатилась дробь барабана, и десять раз просвистела плеть, падая на иссеченную спину закованного. Кожа со спины клочьями нависла на поясницу. Когда полубаркас прошел вдоль пяти кораблей, засеченный плетьми свалился без чувств в лужу собственной крови. Находящийся рядом врач подал знак прекратить экзекуцию. Это означало, однако, лишь отсрочку на несколько недель, после чего надлежало нанести недоданные удары, если, конечно, жертва к этому времени не умрет».

Существовали и определенные нормативы. За мелкие проступки обычно назначались десять ударов – это был нижний предел. И чем серьезнее, с точки зрения офицера, был проступок, тем больше должно быть ударов – вплоть до 70 и даже 100. Последнее было фактически смертным приговором. Дабы охладить пыл командиров в 1844 году британское Адмиралтейство запретило наносить матросам «девятихвостой кошкой» более 48 ударов. Но особого результата это не дало: уменьшение «разового употребления» офицеры компенсировали частотой назначения наказания. Статистика свидетельствует: в 1858 году общее число ударов плетью на английских равнялось 32 с половиной тысячам, уменьшившись за неполные 15 лет всего на пять тысяч.

С этим надо было что-то срочно делать, и, не покушаясь на существование «девятихвостой кошки» как таковой, Адмиралтейство издало циркуляр, согласно которому нижние чины 1-го ранга могут подвергаться телесным наказаниям только по приговору суда, а чины 2-го ранга лишь за «существенные нарушения, к каковым относятся бунт и буйство, побег, неоднократное пьянство, тайный привоз на корабль вина, воровство, неоднократное ослушание, оставление боевого поста, безнравственные поступки, азартные игры». Как видим, список этот настолько широк и неопределен, что подвести под наказание плеткой можно было любого матроса. К тому же, боцманам и унтер-офицерам по-прежнему не возбранялось носить с собой пеньковые концы, которыми они охаживали по спинам матросов, и никакого разрешения офицера на это не требовалось…

Требования Адмиралтейства не распространялось на так называемые «каторжные корабли», перевозившие преступников в Австралию, где им предстояло осваивать новые земли, и корабли-тюрьмы.

Матрос «каторжного корабля» за серьезную провинность запросто мог стать заключенным, буде на то воля капитана, при этом заключенных нельзя было использовать в качестве матроса и в знак особой милости одарить свободой.

Именно на «каторжных кораблях» чудовищное искусство наказания достигло своего апогея. Поспорить в этом с ними могут разве что корабли-тюрьмы, которых было немало в конце XVIII – начале XIX веков. Известный факт: во время Войны за независимость на одиннадцати британских кораблях-тюрьмах погибло больше американцев, чем во всех битвах вместе взятых – более 11 500 заключенных. Что характерно, матросы-тюремщики тоже на этих кораблях не задерживались по причине «естественного убывания», поскольку подвергались наказаниям не только за нарушения морского распорядка, но распорядка тюремного.

И все же мало-помалу телесные наказания уходили в прошлое. Капитаны, отказывавшиеся от них, находили другие способы воздействия на нерадивых подчиненных, и это были совсем не уговоры: провинившихся заковывали в кандалы, неделями держали под арестом на хлебе и воде, безжалостно штрафовали, лишали увольнения на берег, наконец, лишали ежедневной порции грога, и это последнее наказание могло показаться мягким кому угодно, но только не английским морякам.

Вообще, конечно же, телесные наказания были в ходу на всех флотах, и английский приведен примером лишь потому, что на протяжении столетий, обладая самым большим флотом, Великобритания и впрямь была владычицей морей, а значит и все проблемы корабельной жизни, ее темные стороны, тут видны особенно четко.

Первой же страной, отказавшейся от телесных наказаний, стала революционная Франция, это произошло в 1791 году. В 1830 году за ней последовала Бельгия, в 1848-м – Италия и Пруссия, в 1868-м – Австро-Венгрия, в 1880-м – США, в 1881-м – Великобритания.

Как ни прискорбно это сознавать, но на русском флоте телесные наказания были узаконены до июня 1904 года. А год спустя широкую огласку получило «дело лейтенанта Мордвинова» с крейсера «Владимир Мономах», ударившего по лицу трюмного машиниста Щербакова. Лейтенанту было объявлено 5 суток ареста в каюте «с приставлением часового». В газетах писали, что это «постыдное и, хотелось бы верить, последнее проявление кулачного права на кораблях Его Величества». Читая все это, многие русские офицеры, унтер-офицеры и боцманы от злости сжимали кулаки…

Опубликовано в Yacht Russia №3 (72), 2015 г.

Ссылка на основную публикацию
Статьи c упоминанием слов:

Adblock
detector